Espada-hime
Название: Там
Фендом: TVXQ
Пейринг/персонажи: Юнхо/Джеджун
Рейтинг: PG-13
Жанр: романтика
Предупреждение: ООС
От автора: челлендж для себя на совсем мини и романтику х) и чистое юндже :lol:
и нет, отделение я не забыла удалить :)

Там, в зеркале - тощий пацан; кепка надвинута на глаза, глаза для верности завязаны. Одежда на нем болталась, но его это не смущало. Широкая майка и широкие штаны, всё мокрое к чертям от пота, белые кроссовки.
Джеджун горящими глазами следил за своим двинутым, знаменитым, но уже другом - считал, сколько эмоций промелькнуло на лице. Юнхо обычно штырило только так, когда он танцевал. Вон хоть глаза завязал, а то устроил бы ими такой обстрел...
Ынхек иногда хлопал Юнхо по плечу со словами, что лучше бы тот в актеры пошел - вон какой мимический запас. А тот смущался и вместо ответа устраивал плечами качели: правое вверх, левое вниз, правое вверх, левое вниз; покачивал головой в такт и таращил глаза.
Волна от одной руки к другой, пальцы щелкнули, и он застыл.
Вообще Дже бы спать в это время, никто его в зал для практики не гнал (норма танцев в крови закончилась еще на занятиях вчера), но Юнхо был прикольным.
Ну и кроссовки у него клевые, чего и говорить.

***

В зеркале - уставшее и не весьма бритое лицо его лидера.
Юнхо только-только вылез из душа, вытерся и собирался чистить зубы и, собственно, бриться, а тут Джеджун зашел за забытым свитером. Нет, можно было зайти за ним и через полчаса, и утром, но где вероятность, что вокалист бы вспомнил о свитере еще раз?
Лидер на его отповедь пожал плечами и принялся надраивать зубную эмаль, параллельно мыча какую-то песенку. От него пахло апельсиновым гелем для душа и, кажется, джеджуновским шампунем, но цапаться из-за посягательства было влом.
Джунсу как-то ляпнул, что Юнхо сам по себе похож на апельсин, и вот пожалуйста.
В принципе, с этим трудно было не согласиться - они пережили достаточно насыщенный день с фансайном и несколькими интервью, и мозг тихо закипал от перенагрузки, а этот вон... напевает.
В горячем влажном воздухе витали запах цитрусовых и голос Юнхо.
Джеджун, вообще, заходил на минутку, но почему бы не остаться, раз уж свитер все равно уже взял?
Кажется, Юнхо плохо вытер волосы - капли воды ручейками стекали по спине, заставляя следить за собой неотрывно.

***

В зеркале - два дурака. Роль первого исполняла река, вторых - двое восходящих богов востока.
По-французски они говорили одинаково плохо, но это-то и было забавным: учить язык на ходу, буквально заглядывая в рот местным, с диким детским восторгом воспринимая миллиарды мегабайт новой информации.
Город Париж был солнечным и совсем-совсем далеким от их Кореи; было там что-то такое, заставляющее терять голову.
Вообще группа и стафф заседали в кафешке неподалеку, но два дурака отпросились на пять минуточек - и рванули к реке. С чьей подачи - черт его поймет, наверное, нашептал музыкант на углу рю де ла какой-то. Ну или наиграл...
Две пары одинаковых белых кроссовок отстучали по мостовой собственный ритм и замерли. Джеджун, прижатый к кованой ограде, с готовностью ответил на поцелуй, краем взгляда отмечая парочку завистливых женских взглядов. Слишком разгоряченный глупый лидер, но такой при этом нежный, что как ему не ответить...
Юнхо оторвался от него, улыбнулся пьяно и коснулся губами шеи, заставляя вцепиться в спину.
А через несколько секунд нужно было бежать обратно, потому что пять минут уже не совсем пять, а на бегу нужно успеть переключиться мыслями с баловства на дела более насущные. Ну и не пропустить собирающуюся стайку голубей на рю де ла все той же, влететь в них на полном ходу, не расцепляя рук.
Птицы взлетели, перепуганно взбивая воздух крыльями, и Джеджун, в попытке увернуться, неосторожно влетел в фонарный столб.
Благо, никаких синяков на лице не осталось, и объяснять никому ничего не пришлось.
Ничего.

***

В зеркале - дверь. Белая дверь гримерной, в замке торчал ключ - заперто было наглухо.
Отпросившись у менеджеров, лидер привел его сюда с видом главного заговорщика страны и, лучезарно улыбнувшись, щелкнул замком.
Джеджун прикусил губу, чувствуя, как бешено зашлось сердце. Юнхо, конечно, всячески пытался следовать придуманному им идеалу настоящего мужественного мужчины (в трех случаях из десяти - успешно), но, на взгляд Хиро, был слишком порядочен. Резкий переход от корейской консервативности к сексу в гримерке был неожиданным, но приятным, пусть и щекотал чувство опасности.
Впрочем, спустя несколько секунд ожидания оказались разрушены - Юно первым делом после закрытия двери направился к сумкам и торжественно выудил из потайного кармана своей две булочки с острой курицей.
Джеджун поперхнулся собственной мыслью и рассмеялся, чуть прикрываясь ладонью.
В ответ на удивленный вопрос уверил лидера в его гениальности и, пока тот не успел придти в себя, пылко поцеловал, поглаживая по плечам и отмечая, как плечи расслабляются. Почему-то именно от этого ощущения сердце заходилось еще сильнее.
Булочки, впрочем, были и правда вкусными и к месту - на записи программы пришлось торчать еще черт знает сколько.

***

В зеркале - Ким Джеджун; светлая рубашка и кроваво-медные волосы, глаза накрашены не в меру. Все это придавало ему вид слегка болезненный, но утонченный. Ему даже нравилось, если можно было назвать этим словом мрачное удовлетворение.
Джеджун провел всю ночь в клубе, так что, когда он добрался до квартиры, чудом отцепившись от приятелей и поклонниц, уже светало. Сквозь тяжелые шторы робко пробивались рассветные лучи.
Кроме них у него не будет свидетелей.
Через несколько секунд зеркало разлетится осколками, потому что очень хочется верить, что это только её, глупой стекляшки, вина, что в ней отражается один Джеджун.
Затем он поспит пару часов и поедет на съемки.

***

Запыхавшийся и вконец мокрый, Юнхо содрал с глаз повязку, тяжело дыша. Еще не восстановивший нормальное восприятие мира, он пошарил взглядом по залу и наткнулся им на Джеджуна.
И так мелкий, а из-за того, что сидел, подобрав к себе колени, казавшийся еще меньше, Джеджун нерешительно улыбнулся. Затем, подумав, показал большой палец.
Юнхо расплылся в улыбке.
- Знал бы ты, как это круто, - говорил он потом, сидя у палатки с уличной едой и обжигаясь горячим чаем. - Ну, когда не видишь не только зеркала, но вообще ничего. Страшновато, конечно, без привычных ориентиров, но намного свободнее себя чувствуешь. Сам попробуй!
Джеджун, чья норма танцев в крови по-прежнему закончилась вчера, только фыркнул и отмазался.
Юнхо меж тем уже успел переключиться и теперь расписывал достоинства новой приставки, которую он купит, как только они дебютируют.

***