Espada-hime
нучо, теперь это опять полноценный архив :)

Название: Маленькие персональные хроники Ким Джеджуна.
Бета: Youmika
Фэндом: TVXQ, The Trax, мимо шли Super Junior, SHINee и The Grace
Персонажи: Джеджун/Чанмин, Джеджун/Юнхо, Роуз/Джей, одностороннее проходившее мимо Джеджун/Джей
Рейтинг: PG
Жанры: повседневность, ангст, романс
Предупреждения: слэш, OOC
Размер: Мини, 12 страниц
От себя: вообще должно было быть драббликом, но у кого-то такой вдохновляющий альбом... х)
Фанон местами зашкалил, так что давайте предположим, что товарищи были общительными ^^
Впервые за три года она написала фанфичек.

*** 2004
Вечеринки СМ Тауна всегда славились своей семейностью - и, одновременно, удивительной разгульностью. Директор снисходительно прикрывал глаза на шалости юных и не очень трейни и айдолов: все уже четко запомнили, что, как бы ты ни пил, на репетициях это отмазкой не сработает. Твори, что душе угодно, но не при фанатах и, не забывая о работе.
Отмечали удивительное событие: мальчикам, еще вчера обнимавшимся с котятами и смазливо улыбавшимся на камеру, сделали рок-концепт, и вполне успешно. Фанаткам, по крайней мере, понравилось. И фанатов прибавилось. Продажи на высоте, награды в перспективе. Что еще нужно?
Продюсерская группка тихо распивала в своем уголке за успех коллаборации.
Сами ошалевшие от успеха айдолы, купаясь в комплиментах, расположились в районе диванчиков. Переговаривались и перешучивались с сонбэ и хубэ, танцевали (особенно очаровательно выходило у ЧонУ), пили, смеялись, перекрикивая музыку, исчезали в неизвестном направлении в одиночку и не очень и возвращались.
Джеджун, вися на Джее то ли с целью однажды поцеловать, то ли придушить, приканчивал энный стакан пива. Джей, старший, обычно смущавшийся подобного внимания, сегодня был слишком наполнен эйфорией и улыбался.
- Вот скажи, - мурлыкнул Джеджун ему в шею. - Почему жизнь так несправедлива?
- Несправедлива? - удивился вокалист. В данный момент его всё устраивало.
Хиро кивнул, даже не думая прояснять свою мысль.
- Почему несправедлива-то? - поинтересовался Джей спустя пару глотков пива, смутно вспомнив, что ему так и не ответили.
Заиграла песня S.E.S., и девочки-трейни, смеясь и подталкивая друг друга, выскочили к сцене. Красивые, слаженные, женственные... Джеджун засмотрелся и отмахнулся.
Рокер задумчиво хмыкнул, но решил на сегодня не обижаться.

Ким Джеджун сам не знал, раздражает его Ёндок или нет. Тот был воплощением мечты Хиро, и это одновременно бесило и восхищало.
Он сам хотел стоять на рок-сцене. Хотел обладать таким голосом. Правильной внешностью. Но нет - его обделили и природа и компания. На репетициях они пели лирику под минусовки, и, когда преподаватель хвалила Дже, тот никак не мог понять, смеются над ним или нет.
Он был несостоявшимся убожеством, но старался вспоминать об этом не чаще раза в сутки. Правда, он любил свою группу. Юнхо он давно знает, Джунсу странный, но тем интереснее, Ючон прикольный, а Чанмин... Чанмин напоминал Джеджуну его самого. До трейни. По идее, мелкому полагалось помогать, и Джеджун решил, что рано или поздно возьмется за введение младшего поколения в жизнь.
Он любил свою группу, хотя хореограф и ругала его за ошибки на репетициях.
Любил фанаток, которые восхищались им и ими. Джеджун купался в лучах их любви, согретый, как на солнышке. Да и не только их - красивый, раскованный, он без труда становился душой любой компании.
Возможно, всё было прекрасно, но Ёндок-хён... он был.
Джеджун не ревновал к року Мун Хиджун-сонбэннима или Ха Донгюн-сонбэннима, или Со Тэчжи-сонбэннима, или... но Ёндок был рядом, и чем Дже хуже Джея, он не понимал.

- Трекс-сонбэ! - донесся чей-то голос из коридора.
Стилистки на секундочку отвлеклись, чтобы поклониться и поздороваться, и вернулись к наведению марафета на юных айдолах.
Джунсу приоткрыл один глаз и тут же его закрыл, возвращаясь в полудрему.
- Хёны! - Ючон вскочил.
- Привет, сонбэ, - рассмеялся МинУ. ЧонУ, вошедший с ним, прислонился к косяку и улыбнулся.
- Вы решили нас навестить? - удивился Юнхо, оборачиваясь. Зря - стилистка, уже прицелившаяся на его челку баллончиком лака, еле успела отвести руку и спасти глаза айдола.
- Ну, можно и так сказать, - МинУ ухмыльнулся. - Но вообще мы в ожидании стилисток-нун.
- Мы заканчиваем, сонбэ, - неуверенно ответила та, что колдовала над все еще дремлющим Джунсу.
- Если не будете отвлекать, закончим минут через семь. Я, по крайней мере, точно, - хохотнув, ответила ее соседка, ставившая Джеджуновские пряди.
- Нуна просто еще не знает, что мы приготовили ей и другим нунам сюрприз, - ЧонУ уселся на пол, занимая наблюдательную позицию.
- Тогда бы ДБСК вышли ненакрашенными, - поддакнул МинУ. - Но мы молчим.
- И молчите! - возмутился Джеджун. - Могли бы и вместе прийти, если на то пошло.
- Гримерочки-то небольшие.
- А Ёндок-хёна нет.
- Как нет?
- А вот. Не отчитывался он простым согруппникам.
- Небось, опять с той девчонкой где-то в глубинах засценья, - Роуз пожал плечами. - Наш дорогой Кристмас переживает. Обещал лично накрасить лидера, если тот не вернется в ближайшие пятнадцать минут.
ДБСК дружно хмыкнули. О художественных талантах гитариста они знали не понаслышке.
Джеджун украдкой глянул в зеркало, куда он боялся смотреть с тех пор, как стилистка-нуна подошла к нему. Нет, в ее талантах он не сомневался, но его внешность может испортить даже такой желанный образ.
Он как-то поведал менеджеру о своей сокровенной мечте насчет их камбэка (не прямым текстом, конечно, так, иносказательными описаниями) - и каждый раз поверить не мог, что она сбылась.
Зеркало отражало почти совсем Мун Хиджун-сонбэннима. Ну... что-то похожее. По крайней мере, это было достаточно далеко от привычного Джеджуну Хиро. Даже делало чуть взрослее. Сексуальнее. Харизматичнее.
В дверь, не стучась, просочился Чонмо. Всё еще в джинсах и рубашке, помятый, сонный, встревоженный. Оглядел гримерку, скользнул взглядом по почти доделанным образам пяти айдолов (чуть дернув уголком рта на Чанмине) и остановился на согруппниках.
- Лидер вернулся, - оповестил он. - Пошли?
- Да нам и тут неплохо, - заупрямился Роуз, чуть нервно накручивая на пальцы кончик светлого хвоста. - Где он был-то?
- С менеджером ругался... нам опять не дадут сыграть, ребята.
ЧонУ изобразил плевок на ковер.
- Рок-группа Трэкс, ну да, - процедил он.
Джеджун оторвался от созерцания себя и согруппников. То, что на музыкальных программах на якобы живых выступлениях не было возможности играть на инструментах, все знали, и давно, но менеджеры раз за разом заверяли Трекс (а там с легкой руки - не без выпивки - Роуза все доходило и до ДБСК), что руководство решает эту проблему, что рано или поздно их директору пойдут навстречу...
Пошли, как же.
Джеджун поднялся.
- Я прогуляюсь немного, - то ли вопросительно, то ли утвердительно, сказал он.
Юнхо недовольно засопел.
- Чтобы мы тебя не искали, - наконец, ответил он.
Дже выпорхнул из дверей, растворившись в коридорах концертного зала. Со стороны могло показаться, что он собрался куда-то целенаправленно, но на самом деле просто не мог сидеть на месте и шел, куда глаза глядят, не забывая дружелюбно здороваться с со-выступающими на концерте. На него реагировали по-разному, но сейчас Джеджуна это не занимало.
Сейчас он видел перед глазами гримерку Трекс, где аккуратно были разложены вещи и инструменты, а перед зеркалом, напряженно глядя в глаза своему отражению, словно пытаясь прочитать там ответы на все вопросы, сидел Джей. Один. И лучше ему пробыть одному ближайшие минут десять как минимум, а лучше - полчаса-час-день-год, поэтому Хиро и шел в противоположную сторону.
Будут у вас еще живые концерты, у вас-то точно будут, бормотал он себе под нос.
И снова не знал, что ощущает.

*** 2005

- Five, six, seven, eight... and one, two... Джеджун, соберись!
Опять сбился. Да, он не только петь, он еще и танцевать не умел.
- Простите, сонбэ!
- Не отвлекайся... And five, six, seven, eight!
Джеджун попытался повторить последовательность движений, косясь то на Джунсу, то на Юно, благо, они стояли сейчас спереди. С Юнхо было проще синхронизироваться, но Хиро то и дело ловил себя на том, что сравнивает его и свои движения. Не похожи.
После тринадцатого прогона без каких-либо перерывов Ючон заскулил, что они певцы, а не танцоры, и с них хватит и чисто символического исполнения хореографии, за что был чуть не задушен обоими лид-танцорами.
- Это не так сложно, Ючон, - осуждающе протянул Джунсу. - Даже...
- Мне казалось, вы больше не трейни, чтобы возникать по таким поводам, - прохладно заметила хореограф, ставя музыку на паузу. - У вас пять минут на перерыв и осознание, что стоит говорить, а что не очень.
Она вышла из танцзала, взмахнув копной светлых волос.
Все, кроме Джунсу и лидера, осели на пол. Первый был свеж, как огурчик и, пользуясь перерывом, ушел в какую-то свою импровизацию, Юнхо же "держал лицо", хотя было заметно, что он тоже выдохся.
- Давайте попьем, - прокашлявшись, сказал он. - Не больше стаканчика воды. И радуйтесь, что сегодня с нами не было подтанцовки.
Джунсу замер на середине какого-то заковыристого движения руками, кивнул и, без комментариев, удалился в сторону питьевой воды в углу зала.
За ним потянулись покряхтывающий Ючон и тайком переводящий дыхание Юнхо.
- Хён, не переживай, ты хорошо танцуешь, - Чанмин неуверенно улыбнулся Джеджуну. - Просто мы все устали после вчерашнего концерта.
- А я и не переживаю, - Джеджун поднялся с пола и взъерошил мелкому волосы, введя того в короткий ступор и рассмеявшись с такой реакции.
На его взгляд, Ючон был прав, Чанмину следовало бы меньше бояться, а Юнхо - думать о своем якобы лидерском имидже, а всё это значило, что можно и ему расслабиться.

То, что у Ёндок-хёна появилась самая настоящая, живая девушка, Джеджун узнал в общежитии трейни. И долго думал (вслух и с Ынхеком на пару), что его удивляет больше - наличие девушки или то, что об этом вообще стало известно кому-то, кроме Джея. На взгляд Хиро, тот был хорошим товарищем, но слишком замкнутым.
Впрочем, ответ вскоре прилетел в виде барабанщика, непривычно строго одетого и с провокационной ухмылочкой на губах.
- Как тебя жизнь-то потрепала, - усмехнулся Хичоль, оценивающе оглядывая Роуза. - Хотя я не удивляюсь.
- А ты не трепись без дела, - посоветовал тот, падая за пол и ставя рядом с собой пакет с соджу. - Бегом за стаканами.
- С горя напиваться пришел, донсен?
- Ну вообще-то это у вас дебют на носу, - ухмыльнулся Роуз. - Но если ты считаешь это печальным событием...
- Не рассредотачивай мне мембера, - рассмеялся Итук, незаметно подплывший с несколькими стаканами. Начал расставлять их в какую-то загадочную фигуру, пока не пришел Реук со своей порцией и не испортил картинку. - У нас будет впечатляющий дебют.
- Уж не сомневаюсь, - протянул Джеджун. И поднялся, повышая голос: - Супер Джуниор, а ну попробуйте только не выпить за свой успех! У кого крутой дебют на носу?! Комбэ!

После раскладывания согруппников по кроватям из уцелевших осталось всего ничего: Реук, Канин, Ынхек. Джеджун расслабленно лежал на коленях в кои-то веки не возражающего (видимо, слишком пьяного) Юнхо, Хичоль устроился поудобнее, опершись на диван и испытующе сверля взглядом МинУ, а МинУ сидел так, как и зашел: прямой, собранный, и только румянец и отсутствие фокуса во взгляде выдавали то, что ударник все же пьян.
- Ты так и не ответил на мой вопрос, - протянул Хичоль, обращаясь к нему.
- Ты что-то спрашивал?
- Хёну интересно, почему ты сегодня такой... непривычный, - Джеджун потянулся. Юнхо вздрогнул, впрочем, не мешая.
- Не совсем, - поправил он, наконец. - Мой вопрос скорее о твоем лидере, МинУ.
- Даже не начинай, - поморщился Роуз, словно пытаясь мимикой сбросить неприятный вопрос и чужой хищный взгляд.
- Просто мне интересно, - доверительно ответил Хичоль. - Тайфуна ударили головой, околдовали или же его просто не привлекают блондинки?
Роуз передернул плечами. Его явно раздражало то, что он не может отвязаться от слишком въедливого хёна-пока-еще-трейни-который-почему-то-лезет-не-в-свое-дело.
- На мой взгляд, ты просто слишком долго тормозил, - донеслось до медленно засыпающего Хиро. - Но, в принципе, шансы есть всегда.
- Не говори глупостей... хубэ, - отмахнулся ударник. - Просто пей.
Хичоль хмыкнул.
Джеджун медленно засыпал, и потому попытался выдернуть себя из полудремы - расспросы Хичоля ему не нравились, но травили любопытство. Бесполезно, впрочем, - сон оказался сильнее. А во сне он шел по коридорам концертного зала, и заходил в гримерку, на которой ничего не было написано, но в которой сидел, весь с иголочки, Ким Ёндок, глядя в глаза своему отражению. И когда Джеджун подошел к нему, он понял, что на самом деле он не в гримерке, а на сцене, и Тайфун отдает ему микрофон. И Джеджун берет его, спиной чувствуя недовольный взгляд Роуза.
И, почему-то, их хореографша. Она что-то говорит про танцевальные движения, в которых даже рокер не должен ошибаться, и считает: "Five, six, seven, eight!".

*** 2006

Джеджун еще с трудом ходит, поэтому от хореографии его освобождают. Группа и подтанцовка, как единое целое, там, внизу, а он...
На "Free your mind", впрочем, всё забывается.
То ли их директор и правда помнит о стремлениях своих подопечных, то ли это просто эксперименты с концептом, то ли какой-то ход... Джеджун забыл обо всем: о боли, об ошибках, о своей внешности и голосе - он весь отдался песне. Он должен больше стараться, намного больше. И тогда всё получится. Он станет свободен от собственных оков.
Вечером Трекс притащили в их номер большой кремовый торт и соджу. Джунсу демонстративно фыркнул и пошел за бутылкой воды, а Чанмин, покосившись на Джеджуна, таки решился на пару грамм. Старший довольно хмыкнул и шустро усадил маннэ рядом с собой, дабы следить за тем, чтобы грамм было все-таки больше пары. Пусть учится, мелкий...
Они пили за успех прошедшего концерта, за то, чтобы у Трекс и ДБСК всё было зашибись, за ногу Джеджуна, за струны Чонмо и ЧонУ, за грацию Джунсу и бархатные голоса Ючона и Джея, за то, чтобы те девочки-трейни выросли в длинноногих красавиц и были не последними, за то, что все музыкальные программы должны либо сгореть в аду, либо разобраться со звуком для рокеров, за то...
Под шумок Ёндок был опущен головой в кремовый торт, и тут же, под оглушительные вопли и ржание товарищей (зажимающих друг другу рты), сфотографирован.
ЧонУ мирно спал, и Ючон, похихикивая, выводил на его щеках одному ему понятные художества. Джеджун и Чонмо ели торт на брудершафт, запивая водой, отобранной у Джунсу, и никакой речи не могло быть о том, что завтра фотосессия, а потом перелет. Конечно, они не выспятся, но они никогда не высыпаются. Джеджун считал, что если ради одного только здравого смысла лишаться минутных удовольствий, лучше уж и не жить.
Правда, он все равно затормозил, когда зашел на кухню в надежде найти травяной чай, а обнаружил вполне себе МинУ, в каком-то жарком отчаянии обнимающего Джея; пальцы вокалиста, зарывшиеся в светлые волосы... Замер на пороге, пытаясь понять, что сейчас важнее, чай или спокойствие, глубоко вздохнул и пошел обратно. Уселся рядом с Чанмином и обнял мелкого за плечи (пьяный Мин доверчиво прижался к хёну, в кои-то веки, не боясь сделать лишнее движение).
- Чанминни, - протянул Джеджун.
- Что, хён? Пить я больше не буду, даже не проси.
Хиро окинул взглядом комнату. На диване Юно, Чонмо и Джунсу резались в карты на, похоже, чистый азарт, а из соседней комнаты доносился звук какой-то японской попсы, под которую уснул Ючон.
- Да что пить-то сразу...
- По-хорошему, хёнов бы спать отправить, - предложил Мин. - Глаза у нашего лидера стеклянные совершенно, как он завтра-то будет?
Джеджун усмехнулся. Юно пил совсем немного, и выспался по дороге. Другой вопрос, что некоторые особо упертые терпеть не могут проигрывать, а именно этим они сейчас и занимаются.
- Да уж разберется как-нибудь. Ты сам-то, что не спишь?
- Мне и так неплохо. Чаю бы, правда, того, что ты вчера нам покупал...
- Эээ, нет. Никакого чаю.
- Хён, если ты не уважаешь меня как младшего, уважь хотя бы как члена группы, - немного не сочетаясь со своими словами, Чанмин зарылся носом куда-то Джеджуну в колени.
- Какие ты предложения строить можешь, - усмехнулся старший. - Позже будет твой чай, сейчас есть вещи поважнее.
- Например? Хён.
Джеджун задумался. Он понятия не имел, как отвлекать младшенького от нежелательного маршрута, поэтому начал с простого.
- Раз уж нам вскоре предстоит туда поехать... Шим Чанмин, как много ты знаешь о японском роке?
Кидая задумчивые взгляды на режущихся в карты, Джеджун вспоминал и рассказывал. И немножко пел. Смотрел на Чонмо, вспоминал Ёндока, вспоминал "X-Japan", нерешительно кашлянув, завел - медленно-медленно - полюбившийся в свое время "Rusty nail".
Когда на первые же звуки из кухни объявился Джей с просветлевшими глазами и присоединился, без труда ловя измененную мелодию, Джеджун закрыл глаза.
Песня была не единственной - в конце концов, чтобы разрушить свой мир и построить зачатки нового, требуется время. Хотя бы несколько треков.

Когда стало известно, что после конца тура подобие рок-музыкантов из Богов Востока клеить больше не собираются - по крайней мере, в ближайшую пару лет (хотя кто знает, что стукнет в продюсерскую голову), Джеджун начал избегать Трекс. Сам злился на себя за детское поведение, но ничего поделать не мог.
Когда стало известно, что Роуз уходит, о собственной детской глупости пришлось забыть. И да здравствуют "семейные" вечеринки СМ, на которые, слава богу, ходили все.
Правда, несмотря на алкоголь и джеджуновскую харизму, из Джея так и не удалось выбить ни слова. Примерно тогда же Джеджун понял, что совсем не хочет помогать Тайфуну ничем. И, впервые в жизни махнув на всё рукой, умчался в сторону Чанмина, который, благо, к этому времени научился оказываться именно там, где хёну нужно. Джеджун напросился на массаж уставшему герою труда.
Когда стало известно, что единственная рок-группа СМ осталась дуэтом, Дже, закрывшись и транжиря воду в ванной, тихо плакал. То ли от чужой боли, то ли от стыда за себя, то ли еще от чего, в любом случае, хотелось врезаться лбом в запотевшее зеркало и разбить его, умывшись в стеклянной крошке и крови.
Благо, его успокоить было кому. Джеджун не знал, клясть ему или благодарить мироздание за подарок, то ли давно, то ли совсем вчера свалившийся на его голову. Он не понял, когда в своих действиях переступил черту и пропустил момент, после которого все стало чуть серьезнее.
Или наоборот, проще?
В любом случае, сегодня он был исключительно благодарен мирозданию за возможность заснуть, прижавшись к Чанмину. Завтра будет несколько свободных часов... можно смотаться вместе куда-нибудь подальше от их квартирки. Потом, правда, опять спасать мелкого от лидера, который в последнее время на маннэ словно взъелся, но это того стоит.
По поводу его состояния Мин вопросов не задавал. А Джеджун, расслабленный и согретый чужим теплом, провалился в сон. И сон не кончался, как ему потом казалось, еще долго.

***

После окончания тура последовала куча дел и невменяемое расписание, врученное Юнхо менеджером, пытающимся не отключиться в ближайшие пять минут. Чанмин подлетел со стаканом воды, спрашивая, не нужна ли помощь. Менеджер, отпив пару глотков и, улыбнувшись, отказался.
Джеджун, лежа на диване и ощущая себя немножко Джунсу (который в данный момент застрял у себя в комнате, репетируя позы для вечерней фотосессии), мурлыкал под нос тексты песен - их собственных и тех, что дал их новый преподаватель по вокалу. Ючон время от времени начинал ворчать, что они уже не трейни, и зачем всё это, но после разбора выступлений обычно замолкал.
Юнхо мерял их квартирку широкими шагами, поднимая ветер.
- Лидер, а лидер, - протянул Джеджун с дивана, думая, как бы его утихомирить.
Ноль реакции.
- Юнхо-я!
Всё еще ноль. То ли слишком задумался, то ли обиделся на что-то.
- Юнхо-сама...
Застыл между диваном и их шкафчиком для барахла, удивленно посмотрев на Джеджуна.
- Как, прости?
- Юнхо-сама. Но каждый день так обращаться не буду, даже не думай, - весело хмыкнул вокалист. - Кто-то слишком активно делал вид, что у него заложены уши.
- Ты...
- Я, я. Скажи, если бы я попросил научить меня танцевать, что бы ты ответил? - Хиро чуть подвинулся на диване, и постучал ладонью рядом с собой. Юно присел, глядя на него непонимающе.
- А почему не Джунсу?
С кухни донесся звон чашек. Джеджун прислушался, думая, вспомнит ли Чанмин о том, что он тоже хотел кофе. Ясное дело, сам он мог приготовить намного вкуснее, но если младший может научиться еще и этому, почему бы и нет?
- Ты меня лучше понимаешь, - лучезарно улыбнулся Джеджун.
Юнхо еле сдержал кривую ухмылку. Нет, конечно, годика два-три назад он мог бы согласиться с согруппником, но сейчас...
- А ты готов пожертвовать своим отдыхом? - резонно спросил лидер.
- Лучше я пожертвую отдыхом, чем нервами. Наш дорогой новый хореограф, конечно, профи, однако от его манеры объяснения моя голова только и может, что болеть, - Джеджун поморщился. - Но никак не запоминать.
Собственно, это было правдой - хореограф то и дело делал ему замечания, а Джеджун, давно уже согласившийся с Ючоном в плане того, что танцы - нужно, но не важно - приходил с репетиций не в лучшем расположении духа. Спасали его исключительно вкусная еда (которую приходилось самому же делать) и хорошая компания, будь то Ючон, Джунсу и Чанмин или же Супер Джуниор. Юнхо... Джеджун не был уверен, что не расшатает себе нервы еще больше. Лидер в последнее время был более чем не в духе.
Но что-то с этим делать следовало.
- Так что скажешь? - напомнил о себе вокалист, заметив, что ему по-прежнему не ответили.
- Прости, не в ближайший месяц, - лидер старался смотреть мимо Джеджуна. - Правда, прости.
- Хён, тебе, с чем кофе-то делать? - донеслось с кухни, предупреждая джеджуновский ответ.
Тот тяжко вздохнул и встал с дивана, рассеянно похлопав Юно по плечу. Танцор вздрогнул и занял его место.

*** 2008

К очередному СМ Тауну готовились долго, шумно, очень весело и очень нервно. От компании требовалось показать во всей красе и новичков, и старожилов, поэтому репетиции шли с утра до ночи: совершенствовались старые номера и придумывались новые. Полноправные айдолы и вчерашние трейни возвращались в общежития и квартиры еще более сонными, чем обычно. Молчали игровые приставки и телевизоры, работая разве что фоном.
Впрочем, это не помешало за две ночи до первого выступления всем, кто был готов и развлекаться и работать, собраться в общежитии Супер Джуниор.
Да и за ночь.
А в день концерта стилисты со вздохом обнаружили, что возиться с артистами им придется чуть дольше. Впрочем, к капризам творческих натур они были привычны.
Джеджун сидел на стуле за одной из кулис, делая вид, что его здесь нет, и из-под челки наблюдая, как Юнхо репетирует с Тэмином их совместный кусок в номере. Время от времени они останавливались и смеялись, затем опять продолжали, и Хиро даже отсюда было слышно, что смех у маннэ Шайни нервный. Ну да, паренек хотел собрать всех участников номера, а тем оказалось не до того. В принципе, необходимости и не было, Джеджун видел их репетиции и знал, что всё более чем идеально, но малыш Тэмин нервничал, а Юно не мог пройти мимо.
Мимо пронеслись Чанмин с Ючоном. Пусть несутся.
Взлетела и упала на глаза ее хозяина светлая тэминовская челка. Джеджун отстраненно подумал, что когда-то они были такими же юными. Совсем-совсем другими. И дай бог, чтобы мальчик как можно дольше не менялся - хотя шоу-бизнес все равно перекроит и его.
Прошла стайка девочек из СНСД. Все в джинсах и толстовках, половина укутана в шарфы. Впрочем, им шло всё в любом виде. Джеджун с усмешкой вспомнил, как после камбэка его назвали более красивым, чем все эти девочки. Не то, чтобы он любил свою внешность, но подобные гиперболы от прессы помогали не ненавидеть ее, как раньше.
Джеджун помахал девочкам, и те несинхронно поклонились.
К Юно с Тэмином, устроившим очередной перерыв на треп (видать, маннэ таки успокаивался), подошли Джонхён с висящим на его плече Кибомом, явно еще пребывающим где-то в сонном царстве. И - Ким Ёндок с Ким Чонмо, которые в концерте не участвовали, но попросили внести себя в списки на вход. Джеджун вздрогнул. Он и забыл...
Джеджун откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Юнхо обнимался с рокерами и давал какие-то наставления Шайни, глядящим на него во все глаза - значит, в ближайшее время можно их не ждать.
Мобильный завибрировал, принимая смску от Джунсу - и через несколько секунд дублирующую ее смску от Чанмина. Их с лидером просили прийти минут через пятнадцать в гримерку - что ж, придут. Зачем, правда, писать Джеджуну...
- Юнхо-а! - вздохнув, крикнул вокалист. На него обернулись несколько пар глаз, тут же впившихся в него. Хиро мысленно поморщился. Определенно, сегодня он не в настроении. - Донсены просили передать, что через пятнадцать минут ждут нас в гримерке.
Лидер извинился перед хубэ, и те дружно замотали головами. Тэмин проводил Юно сияющим взглядом. Ёндок рассеянно смотрел в сторону Джеджуна. Тот, собравшись, улыбнулся Тайфуну и его гитаристу, и изобразил поклон. Те разулыбались, никак не комментируя то, что Дже так и остался на месте.
Подбежал Юно и расцвел улыбкой.
- Ну что, не будем напрягать донсенов? - предложил он.
- Только чуть-чуть, - усмехнулся Джеджун, переплетая пальцы с лидерскими.

Прогон длился уже приличное количество времени - подходила к концу программа первого раунда. На сцене пел Чанмин, и дважды пришлось начинать сначала из-за ошибок отчего-то распереживавшегося Шивона. За его спиной бродил Хичоль, который должен был прогоняться следующим, но примеривался к сцене заранее - как будто не успел за сегодняшний день.
Наверное, Хичоль бы сказал, что сцена для группы и сцена для одного - разное.
А Джеджун сидел на все том же стуле, только в этот раз рядом с ним ждала Лина из Грейс. Их очередь была достаточно скоро, и Хиро, рассеянно глядя на сцену, подпевал миновской песне. На его взгляд, песня была не совсем его, но Макс пел почти идеально, и то это "почти" уберется, когда зал наполнится народом. Надо будет приободрить его потом - и не обращать внимание на то, как маннэ ёршится в ответ.
Джиён внимательно оглядывала зал и закулисье, ища кого-то. Видимо, не находила.
- Стефани еще нет, - пояснила она в ответ на вопросительный взгляд прекратившего подпевать Джеджуна.
- Так прилично же еще времени до нее, - Дже пожал плечами.
Девушка вздохнула.
- На нашем прогоне она совсем полуживая была, - сказала та. - Нет, конечно, я знаю, что она споет, но...
- Хочешь, пройдемся к вашим гримеркам? - предложил Джеджун. Судя по возне на сцене, их очередь задерживалась. Он не мог понять, зачем начинать песню с нуля, если нужно только настроить звук, но не ему решать.
- Ммм... - Джиён тоже посмотрела в сторону сцены. - Ну, пойдем. Вряд ли, правда...
У других кулис нарисовались Дана и Стефани, и дуэт одновременно рассмеялся, сбрасывая напряжение. Лина помахала согруппнице и, когда та направилась в их сторону, погрозила кулаком. Джеджун усмехнулся.
К его удивлению, Чанмин таки закончил, и к еще большему - тоже подошел к ним. Весь взмокший, но серьезный донельзя и с закушенной губой.
- Джеджун-хён, - голос охрип. Кто-то перестарался. - Как?
Тот расплылся в улыбке. В этом плане Чанмин его почти восхищал - несмотря на то, что в последнее время младший стал прятаться за холодом и язвительностью (и не без причин, хотя Джеджун упорно делал вид, что никаких причин не было; сейчас было не до ненависти к себе - а она бы точно сыграла во всей красе), работу он всегда четко отделял от всего остального. Старался, выбиваясь из сил. Догонял и перегонял своих хёнов, впрочем, при этом советуясь с ними.
Бежал от себя, конечно, но это неплохой вид побега.
- Хорошо, Чанминни, - мягко ответил Джеджун. - Ты тронешь зрителя, если захочешь.
- Я был слишком зажат?
- Немного. Просто... - он задумался. - Ты пытаешься управлять настроением песни. Но нужно самому отдать ей себя. Мы уже говорили об этом, помнишь?
Чанмин кивнул. Конечно, он помнил о своих ошибках.
- Если хочешь, вечером позанимаемся. Но вообще - очень даже хорошо.
- Спасибо, хён... Удачи.
- Спасибо, - Джеджун расслабленно откинулся на спинку стула, провожая взглядом Макса, удаляющегося в сторону гримерок.
Он не был уверен, что все сделал и сказал правильно - последние года полтора он вообще мало в чем был уверен насчет маннэ - но вечером их ждет джеджуновский чай, его же... что бы испечь? Предположим, слоеное печенье. Так вот, чай, слоеное печенье и маленький набор упражнений, подхваченных в свое время от сонбэннима. И всё будет хорошо.
Грейс рядом болтали о чем-то своем, то и дело смеясь.

После более чем успешного концерта, едва избежав участи быть разодранным фанатками (и еле удержавшись, чтобы не оглянуться в сторону фургона Грейс - мало ли, как среагировали на их с Линой совместный номер), Джеджун на пару с Джунсу распевал на весь их фургон "Balloons". Через пару строчек их подхватил Юнхо, затем Ючон, и последним - Чанмин. В кои-то веки расслабленный, довольный собой, согруппниками, Шивоном, который не ошибся ни разу, и вообще всей семьей СМ, он пел старую песню от всей души, пытаясь не сильно блестеть слезами.
К их уставшей, но буйной компании присоединились водитель и смеющийся менеджер. Теперь "Jinagabeorin eorin shijeoren..." слушал весь Сеул.
В такие вечера Джеджун на самом деле вспоминал, как любит свою группу. И сцену. И Кассиопею. И менеджеров, и координаторов, и стилистов, и директора, но в первую очередь все-таки группу.
А в их квартирке, с каким-то особенным удовольствием отметив, что завтра выходной (и какие они молодцы), они пили капуччино из новенькой подаренной кофемашинки. Позже же Джунсу о чем-то серьезно втолковывал Ючону на кухне, а Чанмин, во внезапном порыве домашности, плюнув на всё, полулежал на полу и лидерских коленях, деля их с Джеджуном. Расслабленные руки заснувшего Юно застыли у них обоих в районе шеи. Мин, боясь шевельнуться, пытался задушить в который раз подступившие слезы, радуясь, что его никто не увидит.
Джеджун не видел, но слышал, и тоже боялся шевельнуться. Сейчас он был абсолютно бессилен.

*** 2010

В тот вечер их боялись все окрестности.
Экс-ударник Роуз, а ныне талантливый актер Но МинУ, не так давно сыгравший в мини-сериале рок-легенду, боялся их не меньше, потому что стоило ему войти в загородный дом, где обычно собиралась их компания, как он оказался на полу, погребенный под телами абсолютно спятивших товарищей, решивших групповым объятием поздравить с успехом. На премьеру, увы, попасть смогли не все, да и там не разгуляешься - поэтому...
Джеджун потребовал автограф в каком-нибудь интересном месте, и потом полночи мурлыкал "Never ending story", никак или почти никак не реагируя на любые вопросы о его музыкальной деятельности. Концерты в Токио и Осаке прошли отлично, сериал имел успех, дальнейшее не так важно.
- Тебе, кстати, очень идет темный, - улыбнулся Джеджун. - Ким Тэвон-сонбэнним.
- Да уж понятное дело, - фыркнул МинУ. - Ошибок молодости не повторяем.
- Так уж и ошибок.
- Было дело, - кривая улыбка коснулась губ экс-Роуза.
- Ты был похож на Хичоль-хена, - фыркнул Ынхек. - Чем-то.
- Увы, до него мне расти и расти, - Мину ухмыльнулся. - Хён, кстати, в армию-то собирается?
- Мы не говорили на эту тему, - Хекдже пожал плечами. - Все сейчас слишком загруженные. Новый директор ввел новый курс, и...
- Ну, хоть вечеринки "семейные" ваш новый директор не отменил?
- Их стало поменьше, - ответил Сонмин. - Иначе бы в крови эсэм давно тек исключительно алкоголь.
- Но есть еще Япония, - ввернул Хекдже.
Джеджуна внутренне передернуло, хотя он постарался выглядеть максимально спокойным. Недавний конфликт с Авекс был слишком свеж. Да и воспоминания молодости, скажем так, местами были слишком яркими.
- Я всё жду, когда кто-нибудь из корейцев, работающих в Японии, решится сделать каноничный концепт, - заговорщицки начал он, потягиваясь. И, наткнувшись на непонимающие взгляды, продолжил: - Энка, традиционные одежды, саке, катаны... гейши.
МинУ фыркнул.
- Лично мне и в детстве хватило энка, спасибо драгоценной матушке. У Кореи есть трот, - язвительно сказал он. - Я надеюсь, ты не планы свои сейчас озвучил?
- Кто знает.
- Корее нехорошо прогибаться, а Япония найдет, к чему придраться, - Сонмин пожал плечами. - Как-то так.
- Но на Дже в костюме гейши я бы посмотрел, - МинУ окинул его многозначительным взглядом.
- Не понижай меня так, - картинно возмутился Джеджун. - Я ведь в свое время был королевой. Корейской. Киношной. Но был.
- И ты по-прежнему хочешь в рок? - заржал Ынхек.
- Ну, в Японии, например, я спокойно мог бы петь рок хоть в бальном платье.
- Что же тебе мешает? - МинУ внезапно внимательно посмотрел в его глаза.
- Платье еще не готово, - Джеджун усмехнулся уголком рта. - Выбираю ткань и кружево. Не найду, придется оставаться в Корее.
- Да кто ж...
- Надеюсь, придется, - МинУ больше не отрывал от него взгляда. И поднял стакан соджу. - За корейское кружево!
- За него! Комбэ!
Они выпили, едва не разбив стаканы. И Джеджун вдруг, наконец, сумел вздохнуть полной грудью.
А потом он таки пел свой "Maze" в платье, под аккомпанемент вошедшего в образ гитариста МинУ, с Хекдже на подтанцовке.
Ближе к утру он заснул, обнимая МинУ на манер огромного плюшевого мишки. Снилась ему вечеринка СМ: он танцевал с Мун Хиджун-сонбэннимом под СНСД, а рядом одобрительно улыбался Тайфун.

*** 2013

Завтра зал в Кёнгги должен был ожить восьмитысячной толпой, и Джеджун чувствовал себя, как перед первым свиданием. Хуже. Не было таких сравнений. Джеджуну нравилось любить и быть любимым, ему нравился риск, ему нравился секс, но ничто и никогда не могло встать в ряд с тем, когда ты выходишь на сцену со своей песней и слышишь, как тебе подпевают. Аплодируют. Когда становишься самой музыкой...
Джеджун любил рок еще и за то, что он лучше всего мог передать чувства.
Зацепить ту самую струнку в душе. У него так точно.
В своих песнях он был честен, а значит, завтра восемь тысяч человек станут ему самыми близкими в этом мире. Он должен постараться. Он не может иначе.
Сегодня были прогоны, и, в принципе, Джеджун остался доволен собой. Фанмиттинг оставался частично импровизацией, но импровизировать он научен.
Единственное, о чем он почему-то задумывался (благо, не в твиттер, несмотря на то, что откровенность с интернетом зачастую успокаивала) - кто придет на концерт. Он знал, что билеты на все концерты тура проданы, но кому? Джеджун был уверен в себе, он прекрасно владел собой, но не знал, что будет, если в толпе вдруг мелькнут лица, которые он не готов увидеть. Теперь уже - не готов.
Телефон запел стандартной мелодией, и почти сразу - еще раз: пришли смс-ки от Джунсу и Ючона (разные!) с пожеланиями удачи. Вообще они еще днем звонили, но... на душе все равно потеплело.
Когда Джеджун уже ложился спать (почитав, как за него болеют в твиттере), на телефон пришла еще одна смс. Номера он не знал, но, пожав плечами, все равно открыл. Оказалось, менеджер с мобильника одного из их рекламщиков напоминал, что он должен выспаться.
Дже снилось, что на концерт к нему пришел Чанмин, совсем еще юный, с букетом роз в руках. По израненным пальцам стекала кровь, но он не разжимал их, а протянул, доверчиво улыбаясь.
Проснулся Джеджун в слезах.
А затем были восемь тысяч человек в зале и намного больше - возле него, музыка, о которой он мечтал полжизни и энергия, бьющая через край. И да, конечно, фартучек на фанмиттинге.
***
В его домашней студии было тихо. Верхний свет вообще не горел, работала только настольная лампа. Джеджун, сонный, но с лихорадочно блестевшими глазами, сидел над синтезатором, экспериментируя над придуманной утром мелодией.
По рабочему столу были в строго хаотическом порядке разложены ноты, наброски текстов (часть переведена в электронный вид - та, в которой был уверен; а вот обсуждались они честно - в виде помятом и исчерканном; Джеджуну казалось, что это придает им творческой ауры, а ЛиЮ пытался не ржать), наброски расписания. Вчера они встречались с их продюсером, разгоревшимся новой идеей, поэтому светлых пятен в графике оставалось всё меньше.
Джеджуна устраивало. Для него все только начиналось.

Когда поступило предложение принять участие в съемках песни для рекламы, они, конечно, согласились. Джеджун любил свою группу и скучал по ней; и применимо это было к любому из вариантов "группы" - будь то Джунсу и Ючон, они плюс Юнхо и Чанмин и, конечно, те ребята, вместе с которыми он окончательно сделал рок своей судьбой. К тому же, реклама была самой спокойной в данный момент дорожкой к телевидению, где они давненько не появлялись.
Хореографии в песне был минимум.

@темы: корейские п-сы