Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
02:42 

Deus ex machina

Espada-hime
Название: Deus ex machina
Жанр: рассказ
Рейтинг: G
От себя: реферат - забавная трава. Ну, хотел я психоделик. Вышло странное))
И да, выражение из заглавия трактуется немного не традиционным способом здесь^^
Deus ex machina (лат.) - бог из машины

Машина с самого начала пугала всех, обитающих в Террасфере.
Она была с самого начала, и можно было с четкой уверенностью сказать, что она и являлась центром здешнего мира. Его божеством и правителем.
Сменялись день и ночь, менялись судьбы и настроения, количество жителей, и лишь одно оставалось неизменным – работа Машины.
Однажды каждый из нас попадет к ней, думали жители. И дети тайком пытались забежать в ангар, в котором она стояла. Ангар находился на живописном холме рядом с речкой, и не составляло труда выбраться туда как-нибудь на прогулке.
Дети прокрадывались к нему и вглядывались в надпись алой краской на железной стене. Вслушивались в монотонный шум, исходящий изнутри. Подкрадывались – и дрожащими пальцами приоткрывали двери на пару сантиметров, боясь, что сейчас случится что-то ужасное.
Особо смелые решались зайти, хотя и тогда тряслись поджилки, даже тогда по спине проходился леденящий холодок. Или же это ветер, создаваемый работой Машины?
В любом случае, дальше шага не проходил никто, кроме тех, кто был избран попасть сюда. И всем запоминались две надписи, увидев которые, услышав механический стук за дверьми, над которыми надписи зажигались, никто из любопытных не мог шагнуть вперед.
«Индивид к выживанию способен».
«Индивид к выживанию не способен».
И стук каблуков, и шелест бумаги, - кажется, приближался один из работников Машины. И тогда уж точно нужно было бежать.
Кто-то, впрочем, не успевал.
***
Шелест бумаги и стук каблуков – Нисс зашла в комнату. И тут же радостно вскрикнула:
- Лита! Ты ли это! Господи, как же, как же давно я не видела тебя!
А затем кинулась к девушке, сидящей за столом и потягивающей кофе, сжимать ее в крепких-крепких объятиях и расцеловывать.
Лита пыталась уворачиваться и смеялась. Улыбка здорово оживила ее осунувшееся лицо.
Наконец приветственный момент закончился, и Нисс уселась на диван рядом с подругой, выжидающе смотря на нее. Затем потянулась за чашкой и тоже налила себе кофе. Кофейник, благо, стоял на столике рядом с диваном, и далеко идти не пришлось.
Нисс отпила немного и скинула белые туфли.
- Не верится даже, что ты вернулась, - улыбнулась девушка.
- А уж мне-то как не верится, - Лита со вздохом обвела комнату взглядом. – Но я рада.
- А уж я-то как рада! Слушай, смотри, сейчас закончится смена, и мы отпразднуем твое возвращение! Давай? Тебя будут очень, очень рады видеть!
- Да ладно. Ничего же особенного не произошло. Вон Тайша тоже уходила туда и возвращалась…
- Что Тайша, что Тайша-то? Она старше нас, для нее это не впервой! Ты рассказывай, что там происходило? – глаза горели живым интересом.
- Ничего особенного, в общем-то, - Лита усмехнулась и опустила взгляд.- Серые коридоры. Мало народу. Спрос с работы очень высокий. Увидишь когда-нибудь…
- Что ж ты уставшая такая? Отдохнуть не дают, верно?
- Да нет, спали мы по семь часов, плюс перерыв обеденный…не в этом дело, - она отвела пару выбившихся прядей волос за ухо. – К графику привыкаешь.
- Тогда что? – Нисс удивленно округлила глаза и вгляделась в свою чашку, в которой кофе уже не осталось. – О, смотри, у меня тут, кажется, счастливый знак какой-то! К любви, что ли?
Лита засмеялась.
***
Темнело быстро, так что возвращаться домой в одиночку было страшновато. Впрочем, это не помешало двум подросткам вернуться с дружеского дня рождения заполночь.
Было весело, вот что главное.
Кайл, заговорщицки улыбаясь, достал из-под своей подушки бутылку вина. Они тогда еще сильно удивились, как она дожила в таком месте? Кайл улыбнулся еще раз.
Девчонки, как напились, сразу веселыми стали. А что может быть лучше? Помнится, они, то есть Джи с товарищем, тогда подсели к ним на подлокотники дивана и стали шутить. Шутки, кажется, были не самые приличные, но девчонки исправно смеялись и краснели, время от времени прикрывая рот ладонью или утыкаясь в чье-то – и даже Джи досталось! – плечо.
Он с сожалением вспомнил, что плечо было отнюдь не самым крепким. Надо бы заняться, что ли…
«Как же его зовут-то…»
«А, точно».
- До-он, - протянул Джи. – Тебе как, далеко отсюда?
Товарищ обернулся. «Значит, и правда Дон», - констатировал юноша.
В свете одних лишь фонарей он выглядел немного зловеще. Физиономия с перепою была добродушная, но тени на нее ложились все равно очень…интересные.
- Пара кварталов, - отозвался он. – А тебе?
- Да вот буквально рядом. Как бы от предков отмазаться…
- Я бы влез через окно, - глубокомысленно заявил Дон. Вкупе с тенями это прозвучало тоже зловеще.
- Идиот, - засмеялся Джи. – У нас решетки там стоят. От таких вот энтузиастов.
- А что, твои что-то тебе сделать могут?
- Не, с чего бы. Просто закатят очередную тираду на тему правильного образа жизни, распущенности, и…
- И чего?
- И начнут травить детские байки насчет Машины. Мол, заберут меня туда и не вернут. Прикинь, - Джи снова засмеялся.
- Ну-у… Не то, чтобы это было байками, - протянул Дон. – Все же люди действительно туда попадают однажды.
- Что такого ужасного в этой железке? Я слышал, там ангар полупустой и бабы симпатичные. Вот устроиться бы туда поработать…
- Сходи и посмотришь.
- Чувак, не сильно приятно это звучит. Оно мне надо?
- Вот и нефиг париться. Что, впервой тирады слушать?
- Не…
Они замолчали. Дон глубоко вдохнул, набирая в легкие вечернего воздуха и наслаждаясь им. Все ощущение веселья после приятной вечеринки исчезло. И как будто не было вина, девчоночьего смеха, ничего. Есть только он, этот вечер и Джи неподалеку. И повестка, лежащая на столе в его комнате.
Он бы давно порвал и выбросил ее…собственно, так и делалось. Но повестка волшебным образом вновь и вновь оказывалась в почтовом ящике, а затем заботливо переносилось его матерью на стол.
Печатными буквами, не особо крупным шрифтом, на ней значилось: «Названному гражданину необходимо такого-то числа явиться к входу для посетителей ангара Машины для проверки. Время необходимого появления – 13.00».
***
Выстрел оглушил даже его самого. Отдача ударила в руку, прошла по телу и едва не откинула на метр. Ромен просто отшатнулся.
Пуля попала точно так, как и нужно было – в сердце. Человек, в которого он стрелял, упал на асфальт, пытаясь схватиться руками за что-то и трясясь в конвульсиях. Темно-бордовая лужа спешно расползалась под его тучным телом, пропитывая кровью одежду.
Ромен еще раз глянул на него - и стремглав кинулся в ближайшую подворотню. Он бежал и бежал, а сердце бешено стучало, как будто это ему только что грозила смертельная опасность.
С каждым новым поворотом, который он преодолевал, он все больше осознавал. И в бешено стучащее сердце потихоньку просачивалась радость.
Наконец Ромен остановился около какого-то подъезда и часто задышал. Пистолет одним движением был отправлен в ближайшую урну.
Он выброшен, а отпечатков нет.
И Ромен победил, победил! Вот что грело его ум.
Он победил.
И вся Террасфера победила. Все они теперь свободны!
Сегодня, в 23:46 по основному времени неизвестным был застрелен глава управления Машины. Вот что будут писать завтра в газетах! Теперь этот неизвестный – герой.
Завтра будет чудесный день. Завтра все порадуются. Будут спрашивать друг друга: «А кто же тот храбрец, что решился освободить их из-под гнета?» А он будет идти мимо и улыбнется гордо. Но никому не скажет, нет.
Это его секрет. Его – и того пистолета, что сейчас лежит в мусорнике.
Всё, баста. Не будет больше повесточек для жителей Террасферы. Не будет больше тех жутких надписей в машинном ангаре! Погаснет все, погаснет.
И даже работники, связанные долгом перед Машиной, завтра встанут и скажут: «Как же хорошо! Спасибо тому благодетелю!»
Ромен думал об этом и успокаивал дыхание, счастливо смотря в небо. Он молодец. Он решился на то, на что никто доселе не решался. Теперь вся жизнь пойдет по-другому. Теперь не будет страха перед моментом, когда повестка ложится в дрожащие руки…
Он закатит праздничный ужин по такому случаю. Пусть у него нет друзей, которых можно пригласить, и нет жены, все равно. Он придет на работу и скажет, что угощает всех.
Все они теперь должны быть благодарны ему! Но они не узнают, что это он сотворил чудо. Они будут благодарны шампанскому. И теперь он заживет!
И все заживут, нормально заживут, по-настоящему.
Можно будет пригласить милашку Юлию на свидание и не бояться…
Глава управления Машиной мертв. Некому больше ворочать ее механизмы. Оно больше никому не надо, это многие говорили.
…стук каблуков за спиной. Кажется, в каком-то сне так было.
Никого вокруг, и это хорошо.
Стук каблуков – и сердце почему-то снова бьется быстрее. Где-то рядом идет женщина, но чего пугаться? Просто женщина просто ночью.
Ромен задумался. А если симпатичная? Может, попробовать с ней познакомиться?..
Он обернулся.
Свет фонаря выхватил изящную фигурку в десятке метров от него. Белый брючный костюм, туфли, хорошенькое, хоть и усталое личико.
Девушка, вернее, женщина, подошла ближе и остановилась, глядя на Ромена.
- Да? – опомнился он. – Вам что-то надо?
«Не надо грубить, - пронеслось в его голове. – А то спугну еще. Интересно, где можно работать, что возвращаешься при параде в такое время?»
- Вы Ромен Стоновски? – спросила женщина. Голос у нее тоже был усталый.
- Ну… - в голове пронеслось паническое «зачем». – Возможно. А вы кто такая?
- Это неважно. Вы все равно не запомните моего имени… Это вам.
Она протянула вперед руку с белым бумажным листочком. Почему-то при виде него у Ромена сердце ухнуло в самые пятки.
- Что это? – опасливо спросил он. – И с какой радости мне брать это?
- Вы же Ромен Стоновски?
- А если нет?
- Эта информация исключительно для подтверждения. Ваш идентификационный номер виден… - снова этот усталый тон. И никаких больше эмоций!
Это раздражало и пугало героя этого вечера.
- Где это он виден?
«Лучше бы перехватил руки, скрутил, а затем…» - пронеслось в голове.
- Информационное поле. Это неважно сейчас. Возьмите бумагу, вы в любом случае прочтете ее.
Роман недоверчиво подошел и дернул за лист. Женщина никак не среагировала на его резкий жест.
- Вы шутите? – спросил он, пробежавшись глазами по листу. Впрочем, это и не нужно было – он и так знал, что там. – Его же убили сегодня!
- Его?
- Главу управления этой хреновиной! – он ткнул куда-то в ночную темноту. – Его убили! Она не может больше работать!
- Откуда у вас такая информация?
Он замер, ошарашено глядя на женщину. Это уловка, верно? Подстава, чтобы поймать его.
- Я его убил, - выразительно ответил Ромен.
- Нет, вопрос был не об этом. Откуда у вас информация, что Машина не может больше работать? С чего вы взяли?
- Но ведь я убил его…
- Скорее всего, вы пройдете проверку, - женщина устало усмехнулась. – Не опоздайте, вам же хуже.
На листке значилось приглашение к ангару Машины в 13:00.
***
Лите не спалось. Не спасли даже двадцать пять капель валерианки. Пойти за снотворным хотелось, но отрываться от лежания на кровати было трудно.
Она впервые пожалела, что рядом нет того, кто мог бы подать ей это чертово снотворное. Или же сесть рядом, погладить по волосам и сказать: «Все будет хорошо!». Штамповые слова, простые. И тем не менее услышать их хотелось.
Лита перевернулась на спину и уставилась в полоток. По тому пробегали тени от проезжающих по улице машин.
Спать не хотелось еще и потому, что она боялась. Боялась, что снова повторится тот кошмар…вернее, что продолжится тот кошмар. Что снова она погрузится в воспоминания.
Работа в центральном отделении Машины не была сложной. Необходимо было координировать действия людей, только и всего. Лите всегда это удавалось.
Ее всегда любили, как на работе, так и вне ее. Ее улыбка заставляла улыбаться других. Ее слова воодушевляли даже падших духом, несмотря на то, что были сказаны негромко.
Когда-то они только встречали людей. Они здоровались и кратко объясняли, куда пройти и что делать. Что будет дальше.
От человека требовалось только зайти в дверь. Подождать, пока по нему пройдет сканер и выйти. В общем-то, за него это делала движущаяся лента, на которой человек стоял. Она замирала на момент сканирования и двигалась вновь после.
Человек видел те же буквы, что и загорались над входной дверью: «Индивид к выживанию способен»/ «Индивид к выживанию не способен».
Сканер работал просто: сверху опускалось лезвие и резким движением разрезало человека пополам. Иллюзорно, разумеется. «Лезвие» считывало данные со всех систем организма.
А затем индивид выходил…выезжал. И вот там уже его встречали работники центрального отделения. Они говорили, что будет дальше. Они встречались взглядом с испуганными глазами и рассказывали.
Лите трудно было забыть их. Людей, которые умоляли, кричали, плакали. А нужно было оставаться безразличной и инструктировать. Временами ее били, а она все равно рассказывала.
Неспособные к выживанию отправлялись в нижнюю сферу.
Способные – в верхнюю сферу.
И ни одна из них не была достойным вариантом. Потому что везде человек был обречен на страдания.
Убийство давало ему плюс ко второй сфере. Самоубийство – к первой.
Лита вспоминала лица людей, подходивших к ней за объяснением, и не могла заснуть. Всем им почему-то хотелось жить. Они не понимали роли Машины. Они не понимали, почему в этом мире никогда не умирают просто так.
Лите хотелось, чтобы кто-нибудь принес ей снотворного. Погладил по волосам и сказал, что она молодец. Хорошая девочка. Штамповые слова, но услышать их хотелось.
От кого угодно. От женщины или мужчины. От кого-то, с кем она сможет ощутить себя человеком, а не работником круга жизни. Не ангелом-проводником.
Лита, усталая и тревожная, иногда задумывалась, что же будет, когда ей придется самой вступить на дорожку. Она знала каждый уголок здесь. Она знала каждый шаг в алгоритме действия неумолимой и…неживой, да, Машины.
Не исключено, что она сошла бы с движущейся дорожки.
Не исключено, что она попыталась бы стать новым богом Террасферы. Нет, не богом, конечно, но тем, кто направит всё это в иное русло.
И когда река жизни Террасферы и шестеренки в Машине повернут в иную сторону – она сможет спокойно пройтись по темной вечерней улице и точно знать, что через пять минут из подворотни вылетит запыхавшийся чудак и застрелит ее. Возможно, хотя бы у одного из бунтовщиков что-нибудь получится…
И тогда она наконец узнает, что же там такого, чего все боятся и ради чего крутятся все шестеренки.
Но пока – рано. В 13:00 очередь выстроится перед дверьми ангара, и нужно будет проследить за всем…

@темы: original, G

URL
Комментарии
2010-12-02 в 18:06 

kirschwasser
i`m fucking unicorn
прочитала еще в выходные, но - лось же, с телефона.
интересный мир, интересные персонажи. оно полно и самодостаточно, оно интересно и захватывает, очень ярко встает картинка и в мир погружаешься.
но: если не планируется продолжение - то тема все же не раскрыта. оно тут явно просится. ты знаешь, я редко говорю про "продолжения")

2011-01-04 в 21:32 

Espada-hime
тормоз - тоже механизм.

Спасибо *____*
Видимо, незаконченность - больная моя тема х))
Хотя вообще над продолжением я думаю. Мир этот давно простраиваться начал)

URL
2011-11-15 в 21:41 

Flink_TH
Интересно было увидеть что-то более близкое к сайфаю, и так же как и в Дирижабле из стекла, мир описан всего парой мазков, и к моему удивлению, главным героем оказалась сама Машина! Х) Это отличный момент и его не грех использовать в каких-то других вариациях. Атмосфера безысходности и бессилия очень удачно пронизывает то, что герои воспринимают уже как неизбежное и как часть самого существования (Машину и ее операторов). Вроде бы все в порядке, так как мир существует, пусть порядок в нем и вызывает неприятие и возмущение, однако, судить не берусь, ибо вполне могу представить зачем нужна машина и какую роль для мира выполняет. Остается немного горьковатое чувство после прочтения.

   

О чем не расскажешь внукам

главная